Кража личности
Скажи, пожалуйста, что ты думаешь по поводу контроля над жизнью других людей в церкви, если этим занимаются пасторы и служители, которые хотят все про всех знать и указывают, что, когда и как нужно делать?
Я думаю, что в Божественном Уголовном Кодексе на втором месте по тяжести преступления (после поношения Святого Духа) стоит кража личности. Такие люди, как пасторы и служители, которые являются авторитетами для своих последователей и учеников, и которые выуживают у них всю информацию и контролируют их жизнями, и есть эти самые воры. Они крадут у людей не только их частную жизнь, их собственное мнение и их личные интересы, но и их драгоценное призвание, данное им самим Богом.
На самом деле мне даже страшно подумать, что будет со всеми этими «духовными тружениками», когда они сядут на скамью подсудимых в Суде. Потому что на скамьях их обвинителей окажется так много обманутых и обворованных несчастных, что их количество будет исчисляться сотнями миллионов.
Я также думаю, что для подобных преступников единственно возможным шансом на жизнь будет одно — Любовь. Только необъяснимая, несправедливая и ни с чем не сравнимая Любовь Папы может стать амнистией — надеждой и спасением тех, кто приговорен к сроку наказания длиной в вечность.
Я думаю, что в Божественном Уголовном Кодексе на втором месте по тяжести преступления (после поношения Святого Духа) стоит кража личности. Такие люди, как пасторы и служители, которые являются авторитетами для своих последователей и учеников, и которые выуживают у них всю информацию и контролируют их жизнями, и есть эти самые воры. Они крадут у людей не только их частную жизнь, их собственное мнение и их личные интересы, но и их драгоценное призвание, данное им самим Богом.
На самом деле мне даже страшно подумать, что будет со всеми этими «духовными тружениками», когда они сядут на скамью подсудимых в Суде. Потому что на скамьях их обвинителей окажется так много обманутых и обворованных несчастных, что их количество будет исчисляться сотнями миллионов.
Я также думаю, что для подобных преступников единственно возможным шансом на жизнь будет одно — Любовь. Только необъяснимая, несправедливая и ни с чем не сравнимая Любовь Папы может стать амнистией — надеждой и спасением тех, кто приговорен к сроку наказания длиной в вечность.